В доску свой - Борис Акунин Детская книга

^ В доску собственный

Ну вот, сообразил Ластик, это я от испуга с мозга сошел. И очень просто, от нервного стресса.

– Приехали, – произнес он вслух. – Кажется, я чокнулся.

Принц вздрогнул, обернулся, захлопал очами.

– А? – Он затряс В доску свой - Борис Акунин Детская книга головой, как будто отгоняя наваждение. – ^ Ты что изрек, холопишко? – Потер лоб и вполголоса пробормотал. – Ёлки, никак крыша поехала.

– Это у меня крыша поехала от вашего семнадцатого века, чтобы ему В доску свой - Борис Акунин Детская книга провалиться, – растолковал принцу Ластик, совсем убедившись, что лишился рассудка. – Вот и мерещится черте что.

Голубые глаза достославного потомка Рюрика моргать закончили, а напротив открылись широко-широко.

– Боже Пресвятый, Pater noster, ну добросовестное В доску свой - Борис Акунин Детская книга пионерское, – забормотал и вдруг как кинется к Ластику, как схватит за плечи и давай трясти. – Ты кто таковой? Ты откуда здесь взялся?

– Я Эраст Фандорин… из шестого класса… из Москвы… – лопотал Ластик В доску свой - Борис Акунин Детская книга, болтаясь в сильных руках Дмитрия, как будто тряпичный петрушка. – А ты-то… вы-то кто? Почему «честное пионерское»?

Принц выронил шестиклассника, сам тоже плюхнулся рядом, прямо на землю, вытер лоб.

– Мати Божия, собственный, русский В доску свой - Борис Акунин Детская книга! В доску собственный! «Честное пионерское»? Так я и есть пионер. Юркой меня звать. Юрка Отрепьев из 5 «Б», 78-я школа имени Гайдара, город Киев.

– Имени Гайдара? – опешил Ластик, хотя, казалось, удивляться далее В доску свой - Борис Акунин Детская книга было уже некуда.

– Ну да. Писателя Гайдара. Ты как сюда попал, Эраст? Ну имечко! Как у актера Гарина. Смотрел «Каин Восемнадцатый»? Зыконское кино!

– Нет, не смотрел. – Про таковой кинофильм Ластик даже В доску свой - Борис Акунин Детская книга не слышал. – Я в хронодыру провалился. Из 2006 года.

– Из 2006-го? – ахнул пионер Юрка. – Здоров-ско! А я из шестьдесят седьмого, тысяча девятьсот. Тоже провалился в эту, как ты ее именовал?

– Хронодыра.

Нет В доску свой - Борис Акунин Детская книга, я не сошел с разума, сообразил здесь Ластик, – мне просто подфартило, страшно, просто неописуемо подфартило! Недаром я у доктора экзамен на везучесть выдержал.

– Как же ты в нее вляпался? – спросил он, смотря на В доску свой - Борис Акунин Детская книга раскрасневшееся лицо товарища по несчастью. – Случаем, что ли?

– Да не совершенно. – Отрепьев сконфуженно почесал затылок. – У нас в Киеве Лавра есть, там музей исторический, известный, слыхал наверное?

Ластик кивнул. Желал сказать, что в Киевской В доску свой - Борис Акунин Детская книга Лавре сейчас не музей, а монастырь, как в старенькые времена, но не стал перебивать.

– Там пещеры есть, ближние и далекие. Черепушки всякие, трупаки – кошмар. ^ Иноков-чернецов там ране погребали, – соскочил Юрка В доску свой - Борис Акунин Детская книга на старорусский и сам не увидел. – Ну вот. Я с Виталькой, это кореш мой, поспорил, что спрячусь там и всю ночь просижу, не сдрейфлю. Пошли мы в музей перед самым закрытием В доску свой - Борис Акунин Детская книга, я в уголке заховался, а Виталька ушел. Условились, что назавтра, как музей раскроется, он первым придет, ну я и вылезу. Я собственный фонарь китайский на кон поставил, а он нож перочинный В доску свой - Борис Акунин Детская книга, с 4-мя лезвиями, отверткой и штопором. – Принц вздохнул – видно было, что ему и на данный момент жаль того ножа. – Остался я один. Когда свет погасили – включил фонарик. Вроде ничего, не жутко, привидений никаких В доску свой - Борис Акунин Детская книга нет. Скучновато только. Стал слоняться по лабиринту. Туда залезу, сюда. Позже батарейка села. Полез доставать новейшую, да возьми и вырони. Она закатилась куда-то, в глубину склепа. Полез я за ней В доску свой - Борис Акунин Детская книга. Шарил-шарил, ползал-ползал, ну и провалился в какую-то яму пылъну да смердячу, – опять выскочило выражение очевидно не из 1967 года. – Там пылища, кости какие-то, жуть. Я, естественно, здорово перетрухал. Закричал В доску свой - Борис Акунин Детская книга. Кое-как вылез. Иду по стене, наощупь. Чую, запах дивной, какого ранее не было. Это ладаном пахло, я тогда еще не знал. Вдруг навстречу огонек. Свечка. И видно кого-либо темного, в колпаке В доску свой - Борис Акунин Детская книга. Ну всё, думаю, прав Виталька, есть привидения! А оно, привидение-то, тоже меня увидел, да как завоет: «Изыди, наваждение сатанинское!» Это отец Савватий был, келарь монастырский. Мировой старик, мы с ним после В доску свой - Борис Акунин Детская книга сдружились.

Юрка расхохотался, вспоминая собственный давнешний испуг.

– Господи Исусе, лафа-то какая – побеседовать по-человечески, – блаженно улыбнулся он, хлопнув Ластика по плечу. – Попал я в лето семь тысяч сотое и не сходу сообразил, что В доску свой - Борис Акунин Детская книга за год таковой – это я уж позже вызнал, что у поляков он считается 1592-ой. Тринадцать годов назад это было… Выходит, я в хронодыру провалился? А я задумывался, это как В доску свой - Борис Акунин Детская книга у Марка Твена, «Янки при дворе короля Артура». Не читал? Там 1-го мужчины, янки правда, по кумполу ударили, он очухался – бац, а сам в средневековье. Или по сути, или это у него В доску свой - Борис Акунин Детская книга шарики за ролики заехали, неясно. Классная книга. Хорошо. Попадаю, означает, елки-моталки, в 1592 год. Деваться мне некуда, ни фига не знаю, не понимаю. Короче, остался у монахов. Я в бога, само собой В доску свой - Борис Акунин Детская книга не верю, но постриг принял, наречен иноком Григорьем. Без этого в монастыре нельзя. Пожил в Лавре пару годков, надоело. Захотелось мир поглядеть. Пошел бродить по свету. В Москве жил, в Чудовом монастыре В доску свой - Борис Акунин Детская книга. Не понравилось мне там – несоюзно, душесушно, братия друг на дружку поклепничает. Короче, полная хреновина. Свалил вспять в Литву, в смысле не в Литовскую ССР, а это здесь Украину так именуют – «Литва».

Слушать В доску свой - Борис Акунин Детская книга рассказ было страшно любопытно, ну и по правде здорово – после долгого перерыва гласить «по-человечески», прав Юрка.

– А как тебя угораздило в принцы попасть? В шатер заглянул некий дядька в ливрее, наверное слуга. Увидел, что В доску свой - Борис Акунин Детская книга сударь посиживает на земле, обняв за плечо мальчишку в рваном кафтане, и обомлел.

– Сгинь, собака! – гаркнул на него Отрепьев. Слугу как ветром сдуло.

– С ними по-другому нельзя, – виновно растолковал Юрка. – Если В доску свой - Борис Акунин Детская книга по-вежливому – слушаться не будут. Как я в принцы попал? – Он засмеялся. – Это вобще атас. Рубрика «Нарочно не придумаешь». Кино «Фанфан-Тюльпан». Был я в городе Брачине, два года вспять. Ну и В доску свой - Борис Акунин Детская книга захворал, очень. Пневмания. Температура, всё плывет. Лежу без памяти, монахи за меня молятся, компрессы на лоб ставят. И какой-то из них, когда рубашку мне менял, углядел на моей груди родинку, красноватую В доску свой - Борис Акунин Детская книга, она у меня всегда была. А около носа у меня (вон, видишь?) тоже фиговина, с рождения. Плюс к тому бредил я, словеса какие-то, монахам непонятные гласил – наверное, из 20 века В доску свой - Борис Акунин Детская книга. А чернец, который мне рубашку менял, слыхал когда-то, что у принца Дмитрия, которого в Угличе или уничтожили, или не уничтожили, такие же приметы. Побежал к папе игумену: так, дескать, и так, уж не В доску свой - Борис Акунин Детская книга принц ли это, который от убийц спасся? И знаки на теле, и гласит дивно. Игумен пошел к магнату – ну, это главный феодал – князю Вишневецкому. А тому лестно: у него во владениях В доску свой - Борис Акунин Детская книга беглый столичный царевич. Ну и пошло-поехало. Я сначала-то отпирался, а позже сообразил: ёлки, это ж удача сама в руки идет. Мне, Эраська, к тому времени здешняя отсталость вот где встала В доску свой - Борис Акунин Детская книга. А чего, думаю? Стану русским царем. Как говорится, возьму власть в свои руки. И наведу в ихнем средневековье порядок. Как у братьев Стругацких в «Трудно быть богом» – вот это книга! Не В доску свой - Борис Акунин Детская книга читал? А еще шестиклассник. У нас в 5-ом «Б», и то все прочитали. Там про 1-го великодушного рыцаря, который только прикидывается, как будто он таковой же, как все, а по сути В доску свой - Борис Акунин Детская книга он типа вторженец из космоса, – с увлеченим принялся пересказывать содержание книжки Отрепьев, и Ластик был обязан его перебить.

– Юр, ты лучше про себя рассказывай. Принц из 5 «Б» махнул рукою.

– Да чего там. Далее В доску свой - Борис Акунин Детская книга стремительно пошло. Польский повелитель меня принял, как родного. У Жигмонта собственный энтузиазм, желает российской земли оттяпать. Римский папа тоже рад стараться. Я ему обещал Русь в католическую веру направить.

– И ты В доску свой - Борис Акунин Детская книга согласился? – ахнул Ластик.

– Да какая на фиг разница? – опешил Юрка. – Что одни попки, что другие. Бога-то все равно нету. Ну а насчет российской земли, – здесь он снизил глас и обернулся на полог, – это Жигмонту В доску свой - Борис Акунин Детская книга шиш с маслом.

– Так ведь он для тебя войско отдал.

– Как же, даст он. Таковой лис хитрющий, яко Сатана прелукавый. Это сандомирский воевода Мнишек набрал мне тыщу шляхтичей и всякой шпаны В доску свой - Борис Акунин Детская книга. Не задарма, естественно. Мнишку я обещал Новгород дать, Псков, городков различных, и золота много. Золота дам, а без городов как-нибудь перетопчется.

– И ты пошел с одной тыщей боец Москву завоевывать? – поразился Ластик В доску свой - Борис Акунин Детская книга.

– Ну да, – беззаботно пожал плечами Юрка. – Казаки с Запорожья подгребли, они с Москвой всегда на ножиках – войско побольше стало. И позже, знаешь, как Суворов гласил: «не числом, а умением В доску свой - Борис Акунин Детская книга». У нас во Дворце пионеров кружок «Юный техник». Я там много чему научился.

На войне понадобилось. К примеру, когда острог Монастыревский осадным сиденьем брал. Стенки там древесные, но прочные и высочайшие, мои герои В доску свой - Борис Акунин Детская книга побоялись на штурм идти. А сушь быстъ велика, жарынь. Я 2-мя большенными зеркалами солнечные лучи изловил, зажег вершину башни. Стрельцы и сдались, с перепугу. Либо под Рыльском-городом, когда на меня тот козел В доску свой - Борис Акунин Детская книга бородатый, князь Мстиславский с пятьюдесятью тысячами войска попер. Задумывался, затопчут к чертовой мамы. Так я знаешь что вымыслил? – Юрка улыбнулся во все зубы. – Смастерил большой планер на резиномоторе, только заместо резинки жил В доску свой - Борис Акунин Детская книга бычачьих накрутил. Прикрепил к хвосту дымовую шашку, поджег и пустил лететь на царское войско. Ну, они и драпанули.

– Про это я слышал, – кивнул Ластик, вспомнив рассказ вельможи Мстиславского про пламенную птицу.

– Темные они В доску свой - Борис Акунин Детская книга здесь, – вздохнул Отрепьев. – Одичавшие совершенно. И поляки-то как скоты живут, про наших же и совсем гласить нечего. А что лютуют друг над другом, что кровопивствуют! Аки аспиды зло-жалъные В доску свой - Борис Акунин Детская книга! И всё ведь от бедности, от невежества, от того, что злость кругом. Они, дурачины, знать не знают, что можно жить по-другому. Так этих уродцев жаль – мочи нет. Ты, Эраська, усвой В доску свой - Борис Акунин Детская книга, я же тимуровским отрядом командовал, у нас лозунг был: «Слабому помогай, товарища выручай».

– Чем ты командовал? – не сообразил Ластик.

– Тимуровским отрядом. Ну как у Гайдара, «Тимур и его команда». Там, инвалидам помогать, бабулям В доску свой - Борис Акунин Детская книга одиноким и всё такое… У вас что, тимуровцев нет? – страшно опешил он и вдруг спохватился. – Да что всё я, да я, и про неинтересное. Ты мне про 21 век расскажи. Как оно там у вас В доску свой - Борис Акунин Детская книга? Коммунистическое общество должны были к 80-му году выстроить. Здорово, поди, живется при коммунизме? – Голубые глаза принца завистно блеснули. – Монорельсовые дороги, дома в 100 этажей, в магазинах всего много и всё безвозмездно, да В доску свой - Борис Акунин Детская книга? Катайся по всему миру, хоть в Африку, хоть в Океанию – куда хочешь. Счастливый ты.

– Монорельсовые дороги есть, только не достаточно, – стал отчитываться Ластик. – В магазинах всего много, но не безвозмездно В доску свой - Борис Акунин Детская книга. По миру кататься тоже без заморочек – если, естественно, средства есть.

– Так средства не отменили? – расстроился Юрка. – Жаль. Ну а на Луну мы слетали?

– Да, издавна еще. Америкосы.

– Как америкосы? Эх, черт! Хотя В доску свой - Борис Акунин Детская книга там, в Америке, наверное уже не капитализм?

– Капитализм. И у нас тоже капитализм.

Ластик, как умел, сказал принцу Дмитрию про конец двадцатого века и начало 20 первого.

Тот слушал и мрачнел. А позже как ударит кулаком В доску свой - Борис Акунин Детская книга по земле:

– Эх, меня не было! Если бы я тогда сдуру в склеп не полез и остался в собственном времени, я бы нипочем такового не допустил.

Он встал, сел к столу, уронил В доску свой - Борис Акунин Детская книга голову на скрещенные руки – в общем, страшно распереживался.

Ластик подошел, не зная, чем его утешить.

Но утешать бывшего пионера не пришлось – через несколько минут он распрямился, махнул рукою.

– Ладно, чего В доску свой - Борис Акунин Детская книга сейчас. Мы с тобой здесь, а не там. Знаешь, чего я выдумал? – Юрка ожил. – Я вот скоро царем стану – практически уже стал, так?

– Ну.

– Самодержавие это по-своему тоже хорошо. Если самодержец верный В доску свой - Борис Акунин Детская книга. Делай, что считаешь справедливым, и никто для тебя слово поперек не произнесет. Я на Руси такое общество желаю выстроить – ого-го. Коммунизм, естественно, не получится, материально-техническая база слабенькая. А В доску свой - Борис Акунин Детская книга вот социализм можно испытать. Кто не работает, тот не ест. Крепостных фермеров высвободить – это 1-ое. Мироедов всяких к ногтю. Выстроили же отдельные народы Африки социализм прямо из феодализма, как освободились от колонизаторов. Чем мы ужаснее В доску свой - Борис Акунин Детская книга? – Тут Юрка сбился, сморщил лоб и с опаской поглядел на Ластика. – Слушай, ты знаешь, как оно там вышло, с царем Дмитрием? Вы русскую историю, семнадцатый век, еще не проходили?

– Нет, это в В доску свой - Борис Акунин Детская книга седьмом классе, – развел руками Ластик.

– Я тоже не дошел, – вздохнул самодержец. – Только «Рассказы по истории». Там не много, ну и не помню я ни черта – я больше природоведением увлекался. Про Бориса Годунова В доску свой - Борис Акунин Детская книга знал только, что ему юродивый в опере поет: «Мальчишки отняли копеечку, вели-ка их зарезать, как зарезал ты малеханького царевича». Означает, ты не в курсе?

– Нет, я больше 19 веком интересовался. Но Юрка В доску свой - Борис Акунин Детская книга не очень расстроился:

– Наплевать. Я историю по-своему переделаю. «Мы не можем ожидать милостей от природы, взять их – вот наша задача». Мичурин. У нас в классе написано было. Не вешай В доску свой - Борис Акунин Детская книга нос, Эраська, мы с тобой им здесь покажем. Всё средневековье ввысь дном перевернем, создадим СССР, в смысле Русь, самым передовым государством планетки. Это тебя говорю я, командир тимуровского отряда, также правитель и величавый В доску свой - Борис Акунин Детская книга князь, сообразил? Мы втроем таких делов наворотим!

– Почему втроем? – не сообразил Ластик.

– С Маринкой Мнишек, дочкой сандомирского воеводы. Это моя жена, – чуток побагровел принц и стремительно, как будто оправдываясь, продолжил. – Классная девчонка В доску свой - Борис Акунин Детская книга, добросовестное пионерское. Я как 1-ый раз ее увидел, сходу втрескался, по уши. Она… она такая! Ты не обижайся, но ты еще небольшой, для тебя про это рано. Я за нее В доску свой - Борис Акунин Детская книга с князем Корецким на поединке дрался. Сшиб его с жеребца и руку проколол, а он мне щеку саблей оцарапал, вот. – Юрка показал небольшой белоснежный шрам около уха. – Ты не представляешь, какие здесь девки В доску свой - Борис Акунин Детская книга дурочки. Кошмар! А Маринка обычная. С ней можно про что хочешь говорить. Я, естественно, про двадцатый век ей голову морочить не стал, но кое-какими мыслями поделился. И она произнесла, что В доску свой - Борис Акунин Детская книга тоже желает социализм строить – ну, по-здешнему это именуется «царство Божье на земле». Две головы отлично, а три вообщем здорово! Как я рад, что тебя повстречал! Будешь мне первым ассистентом и советчиком. – Он В доску свой - Борис Акунин Детская книга прочно обнял современника. – Только – не обижайся – придется тебя князем пожаловать, а то шушера придворная уважать не будет.

Только на данный момент Ластик вспомнил о собственном двусмысленном положении – не то падший ангел В доску свой - Борис Акунин Детская книга, не то воскресший мертвец, не то проходимец.

– Да как ты это сделаешь? А Шуйский? Юрка засмеялся.

– Эраська, ну ты даешь. Я ведь для тебя разъяснял про самодержавие. Что захочу, то и сделаю. А В доску свой - Борис Акунин Детская книга Шуйского твоего – бровью одной поведу, и конец ему.

– Медведю кинешь? – шепнул Ластик, вспомнив клеточку с желтозубым хищником. – Не нужно, пускай живет.

– Какому медведю? – Юрка выкатил глаза. – А, которого я в лесу изловил В доску свой - Борис Акунин Детская книга? Матерый, да? Сеть набросил, веревкой обмотал, – повытрепывался он. – Один, учти, никто практически не помогал… Для чего я буду живого человека медведю кидать? Отправлю Шуйского этого в ссылку, чтобы не злословил, пускай В доску свой - Борис Акунин Детская книга там на печи посиживает.

– Только поначалу пусть одну мою вещь даст. Он у меня книжку спер, – посетовал Ластик. – Это не просто книжка. Я для тебя после покажу, а то не поверишь.

– Отдаст, как миленький, – пообещал В доску свой - Борис Акунин Детская книга принц. – Не бери в голову, Эраська. Я всё устрою. Ты знаешь кто будешь? Ты будешь поповский отпрыск, которого заместо меня в Угличе зарезали. За то, что ты ради королевского отпрыска жизни лишился В доску свой - Борис Акунин Детская книга, Господь явил волшебство – возвернул тебя на землю мне в усладу и обережение. Здесь публика знаешь какая? Что Земля вокруг Солнца крутится – ни за что не поверят, а на всякую ерунду В доску свой - Борис Акунин Детская книга страшно доверчивы. Им чем чудесней, тем лучше. Ну хорошо, пойдем наружу. Хватит москвичам нервишки трепать, а то еще помрет кто-либо от ужасу. Вечерком сядешь ко мне в карету, наболтаемся от всего В доску свой - Борис Акунин Детская книга сердца. А на данный момент айда ваньку валять. Объявлю, что признал в для тебя собственного спасителя-поповича. Помолимся, всплакнем, как положено. А позже явлю свою государеву милость – пощажу бояр столичных твоего В доску свой - Борис Акунин Детская книга об их заступства ради. Ох, Эраська, как здорово, что мы сейчас вкупе!



v-e-tomberg-vtilu-i-na-fronte-stranica-10.html
v-e-tomberg-vtilu-i-na-fronte-stranica-16.html
v-e-tomberg-vtilu-i-na-fronte-stranica-24.html